село Липовка

 

1905 год

 

Село Липовка     отстоит от Орла в 200 верстах, от Ельца в 35 верстах. Приход села Липовки находится при течении двух рек Дона и Липовка; от ж.д. ст. «Дон» село находится в 12 верстах. В состав прихода входит село и деревни Александровки (Писаревки), Васильевки, Варваровки, хутора «Хорошего» (Большая гора) и Николаевки. Количество прихожан обоего пола 2114. Храм каменный, трехпрестольный, во имя преп. Сергия, Радонежского Чудотворца, - во имя Священомученика  Никиты Елискова Мирского и во имя Всех Святых. Недалеко от церкви стоит часовня на месте когдато сгоревшего храма. Время постройки ныне существующего храма неизвестно. Причт 3 членный. Церковной земли 35 дес. Имеются школы – земская и грамоты.        

 

 

 

  1. с. Липовка (б. Бехтеева) от Ельца 30 в. 1887г.(76)
  2. с. Липовка (б. Засецкой) от Ельца 30 в. 1887г.(76)
  3. 27 февраля в имение наследников умершего землевладельца Сергея Сергеевича Бехтеева при селе Поповке, Извальской волости, зашел нищий крестьянин Николай Гондарин, и пользуясь отсутствием людей из помещения наездника служащего у Бехтеевых Николая Иванова, сломав на двери замок, и похитил разные вещи на сумму 45 руб. По обнаружении кражи, Гондарин был задержан с похищенным служащими Бехтеевых в дер. Колодезской - 1913г.(ГАООст.2ф.580оп.1д.4152)
  4.  Бехтеева Екатерина Сергеевна – фрейлина Их Императорских величеств Государынь Императриц – в Ел. Уезде имение «Бехтеевка» 1913г.(58)
  5. Бахтеевой Е.С. - д. Липовки 1918г. (9)
  6. Бехтеев Алекс. Серг.  Уездное земство, Гласный от 1-го избирательного собрания - двор. - 1913г.(27), (председатель собрания) – двор. – 1914г., 1915г., 1916г.(87), двор. – 1917г.(87)
  7. Бехтеев Никол. Серг.  Уездное земство, Гласный от 1-го избирательного собрания - двор. – 1913г., 1914г., 1915г., 1916г., 1917г.(87)
  8. Бехтеев Сергей Сергеевич -  тайн. совет. – 62 лет. – образование Высшее – 1789 дес. земли 1909г.(79)
  9. Бехтеев Серг. Серг. – Почетный мировой судья - с. с. – Извальской в., в с. Липовке - 1888г.,  д. с. с. - 1890г.(87)
  10. Бехтеев Серг. Серг.  Уездное земство, Гласный от 1-го избирательного собрания - дворян. - 1870г., 1875г., 1888г., 1890г.(87), д. с. с. – 1907г., 1908г., 1909г.(87)
  11. Бехтеев Серг. Серг. (младший) – Уездное земство, Гласный от 1-го избирательного собрания - тит. сов. - 1910г., 1911г., 1912г.(87)
  12. Бехтеев Серг. Серг.  Уездное земство, Гласный от 1-го избирательного собрания - кол. ассес. – 1913г., 1914г., 1915г., 1916г., 1917г.(87)
  13. Бехтеев Серг. Серг. – Уездный предв. двор. – с. с. – 1888г.(87), д. с. с. – в с. Липовке 1890г.(87)
  14. Бехтеев Сергей Сергеевич - при с. Липовке конный завод - 1917г.(10)
  15. Бехтеев С.С. - дворян. 1) Липовка (при с. Липовке) от Ельца 25 в.  2) Кривой Колодезь (при с. Липовке) от Ельца 25 в.  3) Галичья Гора, Суворовской вол.  От Ельца 27 в. 855 дес. 1887г. (6). Крахмальный завод. Мукомольная мельница .
  16. Бахтеев С.С. - с. Липовка 1918г. (9) (15)
  17. Липовский учебный район. Проектируется школа. 1907г.(38)

                                 с-цо Липовка г. Засецкой – 93 двора.

                                 с-цо Липовка г. Бехтеева – 27 двора.

  1. Липовская школа грамоты, с. Липовка, с 1898 года. 1909г.(75)
  2. Церковь. с. Липовка, тоже. – Сергиевская. 1904г.(39)
  3. Челищев Н.И. - дворян. Варваровка (при с. Липовке) от Ельца 20 в.  118 дес. 1887г.(6)
  4. Церковная школа, Одноклассная,  Липовская – с. Липовка, г. Елец, Извальская вол. - 1910г.(24), 1911г.(25)
  5. Архангельская Варв. Ал-др. – учит. - 1910г.(24)
  6. Архангельский Ал-др. - Завед. и законоучит. – свящ. - 1910г.(24)

 

  

 

 

 

 

    Прерванные революцией и долгим советским периодом   славные традиции Императорского Александровского  Лицея ныне начинают вновь открываться нашему взору. Назрела пора ставить напрямую вопрос и  о создании  лицееведения, для глубокого и систематического  изучения столетнего  опыта деятельности этого элитного русского образовательного заведения, кузницы кадров блестящих поэтов, ученых, художников и правоведов мирового уровня. Среди многочисленной плеяды выпускников Лицея был и русский-поэт Сергей Сергеевич Бехтеев(1979-1954),интерес к творчеству которого ныне непрерывно возрастает…

 

ЛИЦЕИСТ СЕРГЕЙ БЕХТЕЕВ

                

В 1897 году Сергей Бехтеев поступает в знаменитый Императорский Александровский Лицей, в стенах которого он пробудет целых 6 лет. Именно с Лицея и ведет хронологический  отсчет доступная для нынешнего исследователя поэтическая биография творчества поэта.

Именно здесь 11 марта 1900 года молодому лицеисту Сергею Бехтееву будет доверено прочесть стихи-приветствия собственного сочинения Самим Государю Императору Николаю II  и Государыне Императрице Александре Федоровне, при посещении Их Высочеств стен Лицея. А 6 апреля  1901 году, во время торжеств в Аничковом дворце, начинающий поэт  с волнением и трепетом  преподнесет свое стихотворение «К Твоим стопам, моя Царица», лично вдовствующей Императрице Марии Федоровне:

«К Твоим стопам, моя Царица!

Несу я дар ничтожный свой.

Пусть эта скромная страница

Падет с любовью пред Тобой».

-  Вот первые строки  из того восторженного и искреннего стихотворения

верноподданного лицеиста.

 Государыне Императрице Марии Федоровне посвящает он и первый свой поэтический сборник, который был издан в 1903 году. Средства от продажи тиража этой первой  поэтической книги были пожертвованы   поэтом на нужды Царскосельского ремесленного приюта.

Царский лицей, в стенах которого Бехтееву посчастливилось пребывать с 1997 по 2003 гг., был  основан и впервые открыт в России 19 октября 1811 году. У истоков его стоял  сам Государь Император Александр I- Благословенный, который души не чаял в своем детище и возлагал на него большие упования. «Мне надобны люди добрые, честные для службы моей»,- любил повторять Государь. По  Высочайшему замыслу  Лицей должен был стать  не только элитным учебным заведением  для детей знати из дворянского сословия, но и  стать подлинным  училищем и университетом  благочестия для верноподданных Царя и любящих свое Отечество молодых людей.

Первоначально Лицей размещался в дворцовом Великокняжеском  флигеле Большого Царскосельского дворца. Несмотря на территориальную приближенность ко дворцу, представители царской фамилии до 1910 года в стенах Лицея не обучались (Эту традицию лишь однажды, в 1910 году, нарушил Великий Князь Олег Константинович, правнук Государя Николая I и сын известного русского поэта Великого князя Константина Романова. Вы, конечно же, знакомы с творчеством этого замечательного поэта Императорской крови, подписывающего свои сочинения скромными инициалами « К.Р.» Великий Князь Олег блестяще окончил курс лицея с золотой медалью, проявляя большой интерес к русской литературе, в частности, к творчеству Пушкина. Обладал он также и поэтическим даром. По окончанию лицея В.Князь  выбрал военное поприще и геройски погиб уже спустя два месяца после  начала  I мировой войны, получив смертельное ранение 27 сентября 1914 года. Перед смертью он говорил, что рад умереть за Отечество, и что его смерть произведет хорошее впечатление на войска, ибо пролита Царская Кровь).

  Днем открытия Лицея стало, как известно, 19 октября 1811 года. В составе воспитанников первого «золотого» набора были Пушкин(1799-18370, Дельвиг А.А.(1798-1831), князь Горчаков А.М. (1798-1883, будущий канцлер и дипломат), Кюхельбекер В.К.(1797-1846), Матюшкин Ф.Ф.(1799-1872, будущий мореплаватель и адмирал) и некоторые другие известные  ныне  лица.

 

              Конечно, наибольшую известность из выпускников Лицея всех времен получил несравненный  наш  литературный гений Александр Сергеевич  Пушкин. Но не надо забывать, что тот поразительный пушкинский феномен расцвел именно в Лицее и во многом благодаря ему, так что, вполне возможно, что не будь Лицея, и мир бы не получил Пушкина!

  Этот день, 19 октября, стал традиционным и высоко символичным  «Светлым Праздником» для лицеистов выпусков всех времен. И даже будучи на чужбине, в рассеянии, бывшие лицеисты всегда стремились найти  возможность для встречи в память этого столь знаменательного  для них и почитаемого Праздника.

  Останавливаясь на стихах написанных, Сергеем  Бехтеевым в  стенах Лицея, следует отметить, что, несмотря на отсутствие в них еще яркого самобытного почерка мастера, они далеки все же и от слепого подражательства, чем так грешат нередко молодые начинающие поэты. Более того, нельзя не  признать, что некоторые из ранних поэтических проб Бехтеева благозвучны и не по годам автора  глубокомысленны. Так, например, в стихотворении «Поэт», написанном в 1902 году,  делается попытка обозначить критерии истинности поэта. Поэт по Бехтееву, - это всегда свыше, от Бога:

 

И я постиг, что тот, кто пишет

Без дара свыше не поэт,

Кто вдохновением не дышит,

Глагола неба кто не слышит,

Не озаряет правдой свет…

 

 В этом стихотворении молодой Бехтеев делает некую заявку и на  собственное избранничество, как поэта от Бога, называя себя «служителем истины» и несколько помпезно, но искренне  провозглашает свое поэтическое кредо:

 

Мне чужды брань и суета

Моя религия-свобода,

Мой храм и жертвенник-природа,

Мой Бог – любовь и красота.

 

Выросший в тиши родного сельского имения, будущий державный поэт явно тяготится шумной жизнью большого города, что неоднократно подчеркивает в своих ранних стихотворных откровениях:

Увы, мне чужды наслажденья,

Невыносим коварный свет:

Ищу спасенья я от бед

В глухой тиши уединенья

(1901. Лицей)

Эту же мысль подтвердит и  поэтически разовьет  поэт в своем стихотворении «Деревня»   спустя 42 года, уже будучи весьма  пожилым человеком и живя на  далекой немилой душе чужбине

Поборник жизни деревенской,

Глуши родимой сторожил,

Ее со страстью детски –женской,

Я с ранних лет моих любил.

И не влекла меня столица,

Веселой роскошью своей…

Любил я мирный быт селенья,

Природы близкой красоту,

Забав несложных развлеченья

И скромной жизни простоту.

К лицейскому периоду относятся первые из известных нам стихи философско-религиозной направленности. В одном из своих стихотворений он размышляет о бессмертии ( «Смерть в этом мире – только сон…» 1901 г), в другом признается в любви к Богу и Его творенью («Люблю я, Бог, Твое творенье, как звезд падучих краткий свет» (1903 г.), в третьем «Пусть наша жизнь-ничтожное мгновенье…»(1902)- благодарит жизнь за каждый миг, и за  скорбь и за радость.

 Обучение в Лицее не прервало полностью связей и с любимой вотчиной Липовкой. Несколько стихотворений, сочиненных в  период обучения в Лицее, судя по обозначениям под ними, создавались именно в Липовке, причем, в разные годы(1901, 1902, 1903). Следовательно, поэт, проходя курс обучения в Лицее, неоднократно посещал родные пенаты, и какое-то время там проживал, предаваясь поэтическому творчеству. Да и весь тот первый (и, кстати, единственный из 9, что удалось издать поэту при жизни на родине, в России),  поэтический сборник пронизан любовью и нежностью к столь милой душе Липовке. Обращают на себя внимание несколько стихотворений Бехтеева - лицеиста, посвященных природе: «Зима! Зима! Как чуден твой убор!...»(1901),  «От вьюг и свирепых метелей…»(1902) «Холодный день печально и уныло..»(1903) Они производят впечатление, благодаря  вполне просматриваемому уже художественному мастерству поэта.  Впрочем, это лирическое направление в дальнейшем поэт развивать не будет и юношеские «времена года» в его поэзии так и останутся эпизодом. Тональность бехтеевской лиры вскоре от лирического настроя перейдет к совершенно иному строю песен - строю «русской скорби и слез»!

Лицею Бехтеев посвящает несколько своих стихотворений, причем, самое раннее их них датировано еще 1902 годом, когда сам поэт был лицеистом:

Сегодня праздник единенья:

Со всех концов страны родной

Сошлись сыны для поклоненья

Своей обители святой

(«19 ОКТЯБРЯ 1902 ГОДА»)

В 1941 году Бехтеев пишет  в память о незабвенной  alma-mater трогательное  стихотворение «Лицей», посвящая его своему другу, тоже бывшему лицеисту В.В. Бибикову.Вспоминая лицейские дни, поэт с гордостью подчеркивает, что «мятежных лекций педагоги не приводили к мыслям злым», «свято курсы соблюдали устав обычаев былых»  «и святость дедовских традиций», а творческий дух Пушкина «с вещей цевницей» в Лицее «непрестанно обитал». Императорский Лицей «гордо нес родное знамя», не запятнав себя в дни крамолы изменой, и «во мраке подлости крамольной, как светоч дивный он угас!»

В другом своем стихотворении «Дух лицея», написанном в 1944 году, поэт проводит мысль о том, что несмотря на закрытие Лицея, Дух его продолжает жить среди бывших воспитанников и животворить их души:

 «Он нас живит! Он бодрость нам дает!

Надеждами желанья окрыляет!

Путем спасительным к грядущему ведет!..

В Семью единую тесней соединяет!...».

Лицейскому Празднику 19 октября посвящает поэт и одно из своих поздних стихотворений «На чужбине», которое написал в 1949 году, то есть  менее, чем за 5 лет до своей смерти.

Надо отметить, что вместе с Сергеем Бехтеевым в Лицее обучался и его родной младший  брат Алексей, поступивший туда двумя годами позже.

В период обучения Сергея Бехтеева   пост директора  Лицея  с 1896 по 1900 гг. занимал вначале генерал-лейтенант Ф.А. Фельдман, а в 1900 году его сменил бывший воспитанник Лицея ( лицеист XXXIII курса) А.П. Саломон , который возглавлял Лицей до 1908 года.

 С 1908 по 1910 гг директорствовал барон Б.Э. Вульф.

Последним руководителем знаменитого Лицея с сентября 1910 года до его разгрома и закрытия после революции 1917 года  был генерал-майор В.А. Шильдер, репрессированный вместе семьей по так называемому «делу лицеистов» в 1925 году и погибшему в тюрьме. В юбилейной памятной книжке, изданной в 1911 году в связи со столетием со дня образования  Лицея,  Сергей Бехтеев значился как воспитанник 59 курса 1903 года выпуска(см. предисловие к книге «Грядущее» с.10, Санкт-Петербург 2002)

Надо отметить, что еще в  1843 году Лицей был переведен из Царского Села в Петербург, в бывшее здание Александровского сиротского дома (ныне это здание располагается по адресу расположено по адресу: Каменноостровский проспект, дом 21. Теперь в нем размещается  Санкт-Петербургский колледж управления и экономики) так что  Сергей Бехтеев  свои лицейские годы провел именно здесь

Согласно данным, помещенным в содержательной статье на сайте нынешнего « Александровского Лицея», Лицей   всегда  был отменно оборудован для своего времени и оснащен всем необходимым:

«В Лицее была прекрасная библиотека, были библиотеки и в классах, в классах выписывалось до 7 журналов на русском, французском, английском и немецком языках, в лицейской библиотеке – до 25 названий периодики. Начиная со II класса, воспитанникам разрешалось выписывать журналы за свой счёт. Влияние литературы в Лицее было очень сильно. В Лицее проходили литературно – музыкальные вечера, ученические спектакли. Многие Лицеисты прекрасно играли в шахматы и впоследствии стали членами шахматных обществ.
      С переводом Лицея  в Петербург многие его прекрасные традиции, зародившиеся при Пушкине, продолжались и в Александровском Лицее, что не могло не отразиться на духовном мире его лучших воспитанников, среди которых были будущие государственные и общественные деятели, учёные, писатели и поэты, музыканты и художники.
      В области литературы и науки оставили своё имя в истории: Пушкин, Дельвиг, Илличевский, Грот, Веселовский, Ахшарумов, Мей, Данилевский, Семёнов, Салтыков–Щедрин,  Кобеко, Дашков, Саломон. Стали известными имена художника  Шварца – основателя русской исторической школы живописи,  музыкантов – Сафонова, Мельгунова, Бларамберга».

Императорский Александровский Лицей прекратил свое существования в 1917 году в юбилейный год столетия со дня первого выпуска. Новая власть большевиков не могла допустить даже  мысли о пребывании в стране столь одаренных, воспитанных в лучших отеческих традициях граждан, значившихся выпускниками Царского Лицея. Бывших лицеистов выискивали и расстреливали буквально по спискам.  В 1925 году было сфабриковано даже специальное «Дело лицеистов». Как говорится в указанной выше статье «Александровский Лицей»: « В тени бесконечных убийств остаётся до наших дней «Дело лицеистов» 1925 года, названное именно так оставшимися в живых и их родными, к делу привлекавшимися.
      В ОГПУ Ленинграда называли его и «Делом воспитанников» и «Союзом верных», и, по первоначальному заголовку дела № 194 Б, «Контрреволюционной монархической организацией». Аресты по этому делу произведены были в ночь с субботы на воскресенье с 14 на 15 февраля 1925 года. Ордера были выписаны 14 февраля приблизительно на 150 человек…
      Согласно заключению, из дома предварительного заключения арестованных перевели в тюрьму, они стали обвиняемыми. В их списке 81 человек. Из них 34 обвинялись сразу по ст.ст. 61 и 66 и попадали под обязательную высшую меру наказания (расстрел).
      « Ст. 61 Участие в организации или содействие организации, действующей в направлении помощи международной буржуазии…».
      «Ст. 66  Участие в шпионаже всякого рода, выражающееся в передаче, сообщении или собирании сведений, имеющих характер государственной тайны, в особенности военных, иностранным державам или контрреволюционным организациям в контрреволюционных целях или за вознаграждение…».
      В результате вынесенного приговора по «Делу лицеистов» по степени тяжести обвинения обвиняемые были разделены на группы.
      Группа I (высшая мера наказания) – 11 лицеистов.
      Группа II (10 лет лагерей) – 6 лицеистов.
      Группа III (5 лет лагерей) – 7 лицеистов.
      Группа IV (3 года лагерей) – 3 лицеиста.
      Группа V (высланы на Урал с конфискацией имущества) – 7 лицеистов.
      Группа VI (высланы без права в 6 городах) – две жены лицеистов.
      Группа VII (отложено решение) – 1 лицеист.
      Группа VIII (освобождены) – 2 лицеиста.
      Группы IX и X – 2 (умерший на следствии директор Лицея  Шильдер В.А. и условно получивший 5 лет лагерей).
      Уголовное дело юридически завершилось 29 июня 1925 года. Но судьбы отдельных людей и на Соловках, и в ссылках подвергались пересмотру – и в худшую сторону и в лучшую».

Согласно сноске  в  Санкт-Петербургской энциклопедии « В качестве "доказательств" в обвинении фигурировали традиционные ежегодные встречи выпускников в Лицейский день (19 окт.), факт существования кассы взаимопомощи, ежегодные (с 1921) панихиды по погибшим и умершим лицеистам в разных церквах города, на которых поминались и члены Императорской  семьи».  По так называемому  «Делу лицеистов»  прошли ряд крупных деятелей  русской  науки и культуры, такие , к примеру, как лицеист  третьего поколения. блестящий пушкинист Павел Евгеньевич Рейнбот, поэт и искусствовед В.А.Чудовский, А.А Пазухин, П.П. Вейнер, работавший в журнале «Старые времена» вместе с Бенуа и  ряд других.     Реабилитация всех членов «Организации» бывших лицеистов произошла 31 января 1994 года и была утверждена на местном уровне, т.е. в Санкт – Петербурге, 16 февраля того же года и не стала достоянием гласности. Как пишет исследователь «Дела лицеистов» Н. К. Телетова  “До сих пор носители культуры Петербурга — П. П. Вейнер, В. А. Чудовский, Г. П. Блок, П. Е. Рейнбот, В. К. Лозина-Лозинский — не вернулись на те места, которые принадлежат им в почетном ряду созидателей “серебряного века”. Не говорим уже о достойных и благородных их товарищах, собранных в один обреченный союз”( цитируется по сайту « Пресса Царского Села», А. Шалыт № 82, 2001).

Так что, если бы даже  в годы гражданской войны Сергей Бехтеев и остался в России, судьба бывшего выпускника Императорского Александровского Лицея Сергея Сергеевича Бехтеева, думаю, была бы более чем предсказуема.

       19 ОКТЯБРЯ

 

Сегодня день лицеистов

Выпусков всех времен

Луч света в истории мглистой

Потомков славянских племен

 

Сегодня день лицеистов,

Российской науки славы,

Пушкина лик лучистый,

Герба ореол двуглавый.

 

Сегодня день лицеистов.

Дельвига профиль тонкий.

Пел соловей голосистый

Трелью пленял звонкой.

 

Сегодня день лицеистов.

Разбег набирает наш  век,

Кружится лист золотистый.

Камо грядешь, человек? 

 

Сегодня день лицеистов.

Безумие лет развеяв,

Дарит свой стих серебристый                  

Царский поэт Бехтеев

 

Сегодня день лицеистов-

Праздник неугасимый!

И Омофор Пречистой

Девы парит над Россией!

 

19 октября 2006

 

 

 СЕРГЕЙ СЕРГЕЕВИЧ БЕХТЕЕВ

(Литературно-музыкальный сценарий)

 

Русское кладбище Кокад в Ницце. На одном из могильных надгробий можно прочесть лаконичную надпись: Бехтеев Сергей Сергеевич

7.04.1879 – 4.05.1954

Лицеист 59 вып. Имп. Александровского лицея.

Царский поэт.

Офицер Белой Армии. Корнет.

  Подойдем мысленно поближе и мы к этой могиле, помолчим немного, успокоим воспаленные мирской суетой мысли и чувства. Заглянем пытливым взором за порог прошлого, отодвинув завесу тайны и незаслуженного забвения, соприкоснемся душой к сокровенному и возвышенному. Ведь за скупыми надгробными строками – целая человеческая жизнь, протяженностью в 75 лет. Жизнь яркая и трагическая, загадочная и непримиримая, опаленная войнами и революциями, прожитая честно, нелукаво, не продажно, но с великою любовью к Богу, Царю и Отечеству.

В этой могиле покоится русский поэт, автор 9-ти поэтических сборников Сергей  Сергеевич Бехтеев.

Имя Бехтеева приоткрылось российскому читателю совсем недавно, лишь в конце XX века. Его поэтические сборники издаются у нас слишком медленно и с большим трудом. Точно некие незримые темные силы всячески мешают вернуться поэту на Родину своими светлыми и возвышенными стихами. Творчество Бехтеева – безусловно, новая веха наших представлений о поэзии серебряного века, о русской эмигрантской лире Зарубежья. Кроме того, как показало и подтвердило время, поэт обладал поистине пророческим даром о судьбах России. Многие его поэтические проникновения и предсказания сбылись буквально и продолжают сбываться, воплощаясь в реалии. Будучи человеком высоконравственным, честным и благородным, Сергей Сергеевич Бехтеев до конца своих дней остался верен идеалам Святой Руси, Русской Правде. Как свидетель революций и участник мировой и гражданской войн, он оставил бесценные описания тех черных для России и русского народа лет, оставил как художник-реалист предельно правдиво и масштабно.

В своей оценке произошедших событий поэт строг и беспощаден. Но никогда не страдает односторонностью и политической близорукостью. Чуткое ухо не услышит в бехтеевских песнях фальши и натянутости, лести и прикрас. Бывший офицер Белой Армии, он мечтает и даже предвидит  неизбежное слияние двух армий (Белой и Красной) в единое воинство (стих. «Две Армии»), призывает всех русских отвратиться от вражды и покаяться пред Богом (стих. «Нашим братьям», «Миром Господу помолимся» и некоторые другие). Поэт глубоко убежден, что Россию спасут не «белые генералы» и не «красные каннибалы», а  лишь животворящая вера предков и взаимная любовь.

«Нашим братьям»:

Мы к вам идем не с жаждой мщенья,

Не с гневом дышущей душой,

Мы к вам идем для всепрощенья

С любовью братской и святой.

Забыв семейные раздоры

И в буйствах пролитую кровь,

Мы к вам идем, оставив споры,

Чтоб наше счастье строить вновь.

Познав духовных благ утрату,

Мы веру в будущность несем

И вам, как брат родному брату,

Смиренно руку подаем.

И говорим вам: наши братья,

Довольно лить родную кровь,

Забудем распри и проклятья

И сменим злобу на любовь.

……………………………

И отженя вражду и битвы,

Вновь осенясь святым крестом,

Пойдем вперед, творя молитвы,

За нашим пастырем – Христом.

Новый Футог.

1923

 

Откуда же берут истоки, столь пламенной веры, любви и служения святорусским идеалам? Где корни той непоколебимой силы духа, стойкости и мужества, позволившие до конца своих дней не уклониться от тех великих начал, выраженных некогда в емкой русской идеологической доктрине: «За Веру! Царя! и Отечество!»(символика которой ярко запечатлена и в самом древнерусском гербе Двуглавого Орла).

Безусловно, начало всех начал - семья. Сергей Сергеевич Бехтеев – достойный продолжатель своего древнего достославного рода. Он родился четвертым ребенком(и первым мужеского пола) в благочестивой дворянской родовитой семье. По традиции всем старшим из  мальчиков в роду Бехтеева давалось имя Сергий, в честь великого русского святого преподобного Сергия Радонежского. Отец и дед поэта(оба также были Сергеи Сергеевичи) получили военно -морское образование. В роду Бехтеевых, который исторически восходит к XV столетию, вообще было немало военноначальников: воевод, стольников, тысячных. Были также и дипломаты, придворные, один из которых- Бехтеев Феодор Дмитриевич вошел в историю как первый учитель Цесаревича Павла, будущего Императора Павла I.

Мать поэта Наталья Алексеевна, урожденная Хвостова, принадлежала также к древнему и не менее знаменитому дворянскому роду, родоначальник которого в 1267 году выехал из Пруссии на службу к Великому князю Даниилу Александровичу. На Руси он крестился, был наречен в крещении именем Василий и поставлен  Наместником Московским.

У Сергея Сергеевича и Натальи Алексеевны было 9 детей, что, впрочем, в те времена не являлось большой редкостью. Будущий царский поэт имел 5 родных сестер (Екатерину, Наталью, Зинаиду, Нину и Софью) и трех братьев (Николая, Алексея и Михаила). Семья была дружной, воспитание детей велось в духе Православной Веры, строго соблюдались посты, молитвы, высоко чтились Церковные праздники, обычаи старины, святые угодники Божии и святыни. Дух религиозной веры поддерживали в детях их воспитатели и прислуга, которые брались обычно из благочестивых простых русских людей. Много позже поэт с благодарностью вспоминает своих первых воспитателей, «старинных верных слуг»:

И в дни изгнания в стране, душе чужой,

Их образы всегда встают передо мной.

Все эти Фирсы, Яковы, Матфеи,

Аксиньи, Даши, Насти, Пелагеи

……………………………………

Они нас мудрости и кротости учили,

К церковным службам смолоду водили,

И заставляли, стоя у икон,

Бить не один с усердием поклон.

Мы с ними вместе набожно молились,

В дни постные все заодно постились,

Делили вместе радость и печаль…

 

«Их светлой памяти»

Ницца. 1945

 

Атмосферу любви и душевной теплоты дополняла чудная природа родового имения села Липовка, Елецкого уезда, где проживала семья Бехтеевых. Эти места очень  любил некогда посещать и приснопамятный святитель Тихон Задонский, бывший в большой дружбе с помещиками  Бехтеевыми. Место, известное ныне как заповедник «Галичья гора» в Придонье, также принадлежало Бехтеевым ( в течение 2 или даже более веков!)

Вера в святость еще в детстве была подкреплена у будущего поэта через его чудесное исцеление от какой-то тяжелой болезни по молитвам о. Иоанна Кронштадтского, в святости которого Сергей Бехтеев (задолго до канонического церковного прославления) никогда не сомневался.

В 1897 году Сергей Сергеевич Бехтеев поступает в знаменитый Александровский Царский лицей, воспетый некогда самим Пушкиным, также воспитанником данного престижнейшего заведения Царской России.

В лицее начинаются первые поэтические юношеские пробы, переросшие со времен из невинного увлечения в неотъемлемую часть его бытия. Уже в 1903 году Бехтееву удается издать первый поэтический сборник, который молодой поэт посвящает матери Государя Императора Николая II царице Марии Федоровне. Средства от продажи сборника стихов Сергей Сергеевич передает Царскосельскому ремесленному приюту.

Стихи из первого бехтеевского сборника  ныне, конечно же, представляются весьма несовершенными. Они озарены юношескими грезами, мечтами и устремлены большей частью к столь любимому родовому гнезду, где прошли детство и юность поэта.

Вместе с тем  уже в той ранней поэзии ясно обозначается индивидуальный красивый размашистый чеканный бехтеевский стиль, предельно строг и точен ритм, все стихи отличаются музыкальностью, благозвучием, весьма выразительны и достойны пристального внимания некоторые поэтические пейзажные зарисовки:

 

Зима! Зима! Как чуден твой убор!

Алмазами горят овраги и равнины,

Вдали, как хрустали блестят уступы гор

И искрятся огнем небесные вершины.

Зима! Зима1 Как чуден твой убор!

Как пышен и блестящ наряд твой погребальный,

Как нестерпим для глаз твой леденящий взор

С его улыбкою печальной.

Зима! Зима! Как чуден твой убор!

Как дивен блеск зеркального потока,

Как люб душе сияющий простор,

Как мил твой снег для трепетного ока…

Зима! Зима! Как чуден твой убор»

 

С.Липовка. 1901.

 

Удивительно, но уже в ранних стихах, имеют место некие пророческие предчувствия и опасения, касающиеся грядущей  изгнаннической доли поэта:

 

Моим мечтам страшна чужбина,

Ее бежит печальный взор,

Нужна мне русская равнина

И милый родины простор

С. Липовка. 1902

 

Испытания, о которых смутно предчувствовал молодой поэт вскоре не заставят себя долго ждать. Международные интриги и спровоцированный масонами конфликт втягивают в 1914 году Россию в длительную кровавую изнурительную войну, известную в истории как I мировая. Пройдя короткий курс военной подготовки Сергей Сергеевич Бехтеев в чине корнета Ея И.В. Кавалергарского полка уходит на фронт. И как издревле повелось на Руси, сама мать воина Наталья Алексеевна благословляет сына на ратный подвиг, вручая святой образок:

 

Когда я ехал на войну,

Меня им мать благословила,

И как водилось в старину,

Прощаясь, кротко говорила:

Мой сын, сбираясь в грозный бой,

Храни завет дворянской чести,

Везде, всегда владей собой,

Не поддаваясь лжи и лести.

Люби Царя, люби народ,

Являй другим пример отваги,

И в дни волнений и невзгод

Будь верен долгу и присяге.

Не падай духом никогда,

Верь не в себя, а только в Бога,

Лишенья наши – не учительного много.

Свой крест тяжелый не кляни,

Смиряй сомненья и гордыню,

И на груди всегда храни

Тебе врученную святыню!…

 

Почти в том же духе звучит бехтеевское стихотворение «Будь офицером!..» Только напутствие здесь дает уже не мать, а родной брат поэта:

«Будь офицером!» - твердил мне, прощаясь

Мой дорогой и единственный брат: -

«С грозным врагом за отчизну сражаясь,

Подвигом добрым за Русь подвизаясь,

Стой за старинный народный уклад…

Будь офицером и Веру святую

Зорко от недругов наших храни,

Бейся бесстрашно за Церковь родную,

Нашу твердыню, купель вековую,

Столь дорогую в мятежные дни.

……………………………………..

Будь офицером, защитником трона,

Рыцарем светлых сияющих лат,

Верным слугою страны и закона;

Будь ты в дни сечи, страданий и стона

Лучшим примером для наших солдат»

 

Сегодня, когда престиж русской армии вообще и офицерства в частности искусственно принижен, бехтеевские слова об офицерской чести и достоинстве звучат особенно актуально и злободневно.

Доблестному имени русского офицера посвящены и еще два ярких стихотворения поэта: «Золотые погоны» и «Офицер».Как известно, поголовное избиение русских офицеров было инспирировано врагами русского народа еще в 1917 году. Чего стоит один приказ № 1 о неподчинении солдат офицерам, авторство которого приписывают масону Соколову (Нахимсону). Это избиение продолжалось несколько десятков лет. В стихотворении «Офицер», повествующем о расстреле бывшего царского офицера есть такие строки:

И каждый знал, что власть его казнит

За то, что был он царским офицером.

За то, что родину он грудью защищал,

Что за паек скупой не торговался,

Что он часов рабочих не считал,

С врагами родины постыдно не братался.

За то, что был он русским до конца,

Безропотно неся лишенья и кручину,

За то, что не сменил он честного лица

На красную разбойничью личину.

 

Не менее остро и пронзительно звучит стихотворение «Золотые погоны». Как известно, Советская власть, вначале, отменила погоны. Более того, погоны высмеивались, презирались, их срывали, проклинали,  по поводу их неиствовали в непонятной злобе…Знаками отличия в Красной Армии были то нашивки, то ромбы, но все же все вернулось на круги своя к традиционным для русской армии погонам.

 

Золотые погоны – эмблема страданий,

Тех, кто родине верой и правдой служил,

Тех, кто в мрачные дни роковых испытаний

Клятву данную свято и зорко хранил

…………………………………………….

Золотые погоны! – венцы нашей славы!

Их толпа затоптала в крамольную грязь,

Позолота оделась фатою кровавой,

Оборвалась с величием прошлого связь…

 

Сам поэт остается верен долгу и чести русского офицера. Свято храня в душе напутственные слова матери и брата, он доблестно сражается на передовой: «Так поступал я, за веру сражаясь, подвигом духа в боях подвизаясь, в мрачные годы борьбы роковой…»,- признается он сам

В боях I мировой войны Бехтеев был дважды ранен. Сначала в грудь, (по поводу чего находился на излечении в Дворцовом лазарете, где удостоился посещения Государыней Императрицей Александрой Феодоровной и Великими Княжнами), а затем - в голову. Второе ранение поэт- воин залечивал на Кавказе, где и продолжил службу.

Все эти годы с  момента окончания лицея вплоть до трагических событий 1917 года не отражены в поэтических сборниках Бехтеева. Потому можно сделать предположение о 13 летнем, не вполне, правда, понятном, молчании поэта. В этот же отрезок времени, по-видимому произошла и глубокая личная драма: уход любимой женщины (или жены). Возможно строки более позднего стихотворения «Герой», написанного в 1927 году, имеют вполне реальный автобиографический контекст:

 

Я верил смолоду в желанные мечты,

В победу истины, добра и всепознанья,

В слова, в заветы, в клятвы, в обещанья,

В священный идеал нетленной красоты.

Я верил в женщину бесхитростной душой,

И что же, женщина мне счастье отравила,

Измена низкая любовь мою разбила,

Втоптала в грязь предательской пятой…

 

Старый Футог. 1927.

 

Но даже  тяжелая личная драма ничто в сравнении с драмой общерусской, обрушившейся на Святую Русь.

2 марта 1917 года состоялось насильственное отречение Государя Императора Николая II от престола. Это страшное событие, приведшее к роковым для России и русского народа последствиям, послужило поводом для написания Бехтеевым пронзительно острого и во многом пророческого стихотворения Николай II. Стихотворение создавалось, по признанью самого поэта, «на третий день «бескровной» русской революции». Вероятнее всего, если бы этот страстный поэтический вопль души удалось опубликовать в то время, или хотя бы широко распространить в списках, то эффект от его прочтения среди русских патриотов был бы сродни лермонтовскому пламенному «На смерть поэта». Хароктерно, что эпиграфом к своему стихотворению Бехтеев берет именно лермонтовские строки:

 «Как женщина, Ему вы изменили,

И как рабы, вы предали Его»

Итак, вслушаемся в голос поэта:

 

В те дни, когда мы все так низко пали,

Везде мне грезится священный Образ Твой,

С глазами, полными божественной печали,

С лицом, исполненным небесной добротой.

Тебя жалеть я не могу, не смею:

Ты для меня – по-прежнему Велик!

Перед Тобой, мой Царь, я вновь благоговею,

И больно мне глядеть на Твой Державный Лик.

Слепой народ, обманутый лжецами,

За чистоту души Твоей святой

Тебя клеймил постыдными словами

И казни требовал над кем же… над Тобой!

 

И далее Бехтеев, первым, уподобляет страшные события русской истории библейской драме, в центре которой распятие Самого Бога, Господа нашего Иисуса Христа: «Не так ли пал и Царь коварной Иудеи, Мессия истины, народная мечта…» Сохранив свои верноподданнические чувства и будучи верен царской присяге, поэт гневно клеймит тех, кто с такой легкостью нарушили данные ими клятвы и обеты:

 

«Еще недавно так, пред Ним склоняя выи,

Клялися вы Его до гроба защищать,

И за Царя-Вождя, Хозяина России,

Вы обещали жизнь безропотно отдать.

И что же! Где слова? Где громкие обеты?

Где клятвы верности, присущие войскам?

Где ваших прадедов священные заветы?

А Он, обманутый, Он твердо верил вам!

Он, ваш исконный Царь, смиреньем благородный,

В своей душе Он мог ли помышлять,

Что вы готовитесь изменой всенародной

России честь навеки запятнать!

……………………………………………………….

И уже совершенно непостижимые по пророческому содержанию строки в заключительной части стихотворения:

Предатели, рожденные рабами,

Свобода лживая не даст покоя вам.

Зальете вы страну кровавыми ручьями,

И пламя побежит по вашим городам.

Не будет мира вам в блудилище разврата,

Не будет клеветам и зависти конца;

Восстанет буйный брат на страждущего брата

И меч поднимет сын на старого отца…

……………………………………………..

После устранения власти «удерживающего», как святые Отцы называли православных вселенских царей, в России все более нарастают хаос и нестроения. Солдаты перестают подчиняться офицерам, отсюда одно поражение на фронте следует за другим. Повсеместно вспыхивают бунты, растет дезертирство, повсеместно в стране мародерство, грабежи, массовые убийства не в чем не повинных людей, голод вплоть до людоедства. В России свирепствует эпидемия по истине сумасшествия, бесоодержимости…Это состояние страны  Бехтеев чутко улавливает (не в пример Блоку и других глашатаев, призывающих слушать музыку революции!) и ставит беспощадный, но точный диагноз сумасшествия. Сама революция видится поэту то в образе дикого осатаневшего красного коня, выпущенного на волю:

 

Неукротим безумный бег

Коня строптивого, лихого.

На нем нет всадника былого,

С ним разделявшего ночлег.

 

Пылает взор его огнем;

Он рвется в даль, неукротимый;

Ему в степи необозримой

Конец и гибель  - нипочем…

 

«Конь красный»

Орел. 1917.

 

 

С 1918 года Бехтеев в Добровольческой Армии

В Белом движении он участвует вплоть до эвакуации врангелевских войск из Крыма. В горниле братоубийственной гражданской войны поэтический голос поэта не молчит, напротив он громок и тверд, страстен и призывен. Среди бойцов и населения довольно широко распространяются листки со звонкими патриотическими стихами малоизвестного для широкой читающей публики поэта Сергея  Бехтеева.

 

Особо следует отметить, что еще осенью и зимой 1917 года, до вступления в Добровольческую Армию, поэту удается через графиню Гендрикову передать Царственным страстотерпцам в Тобольск 5 своих стихотворений:

«Боже, Царя сохрани», «Молитва», «Россия», «Верноподданным», «Святая ночь».

Значение бехтеевских стихотворений, присланных Царской Семье, совершенно особое. Они, безусловно, согревали души Царственных страдальцев, укрепляли уверенность, что в России есть еще преданные люди, по-рыцарски смелые и возвышенные душой воины. Как указывают исследователи, Бехтеев получил личную благодарность от Царя за свои стихи, что, конечно же, весьма знаменательно. Известно также, что Государь  при чтение бехтеевских стихов невольно прослезился.

 Этот небольшой цикл стихов  действительно трогателен и великолепен и по стилю исполнения, и по содержанию, и по значимости. Сколько чувств, любви и тепла вложил поэт в строки каждого из этих стихотворений! Вот, к примеру одно из них - «Святая ночь»:

Ночь и мороз на дворе;

Ярко созвездья горят;

В зимнем седом серебре,

Молча деревья стоят.

Дивен их снежный убор:

Искр переливчатый рой,

Радует трепетный взор

Дивной стоцветной игрой…

Блещут в Тобольске огни,

В мраке сверкая, дрожат;

Здесь в заточеньи Они

Скорбью монаршей скорбят.

 В этом cтихотворении поэт называет Государя Николая II «святым страстотерпцем». 83 года понадобилось России, чтобы осознать это

 «Искрятся звезды, горя,

К окнам изгнанников льнут,

Смотрят на ложе Царя,

Смотрят и тихо поют:

«Спи, Страстотерпец Святой,

С кротким Семейством Своим;

Ярким венцом над Тобой

Мы величаво горим.

Спи, покоряясь судьбе,

Царь победенной страны;

Ночь да откроет Тебе

Вещие светлые сны.

 

Интересна судьба другого поэтического подношения Царю, стихотворения «Молитва», найденного среди бумаг растреленной Царской Семьи. Текст стихотворения был переписан Великой княжной Ольгой, ввиду чего долгое время и авторство стихотворения приписывалось ей.

 

Владыко мира, Бог вселенной!

Благослови молитвой нас

И дай покой душе смиренной

В невыносимый смертный час…

И, у преддверия могилы,

Вдохни в уста Твоих рабов

 Нечеловеческие силы

Молиться кротко за врагов

 

Елец. Октябрь 1917

 

Однако невиданное злодеяние, названной ныне «самым чудовищным преступлением ХХ века» свершается.

Царская Семья и их верные слуги были казнены в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге. Тела мученников , растрелянные и исколотые штыками, в течении 3 дней и двух ночей сжигали их убийцы, пытаясь замести следы своего кровавого преступления. Ритуальный характер злодеяния мало у кого из мыслящих людей вызывает ныне сомнения. После убийства Царской Семьи, за весь 1919 год поэтом написано лишь одно стихотворение «Велик  день». И только позже, уже вне России, после прочтения книги воспитателя царской семьи Пьера Жильяра Бехтеев откликается на то трагическое событие стихотворением «Цареубийцы»

 

Был темен, мрачен бор сосновый;

Трещал костер; огонь пылал,

И в мраке свет его багровый

Злодеев лица озарял.

В зловещем сумраке тумана,

От мира спящего вдали,

Рабы насилья и обмана

Тела истерзанные жгли.

 

Поражают своей опять таки пророческой дальновидностью и тайнозрением заключительный строки этого стихотворения. Ведь лишь совсем недавно на месте убиения Царской Семьи в Екатеринбурге был воздвигнут, как акт покаяния России в грехе цареубийства  «Храм на крови». А теперь вслушайтесь в бехтеевские размышления, устремленные в даль веков:

 На месте том, где люди злые

Сжигали тех, кто святы нам,

Поднимет главы золотые

Победоносный Божий Храм

И, Русь с небес благословляя,

Восстанет Образ неземной

Царя_Страдальца Николая

С Его замученной Семьей.

 

Новый Футог  Бачка. Апрель 1921

 

Наступает трагическая и судьбоносная для Бехтеева осень 1920 года. Добровольческая Армия отступает. Начинается массовый исход белой гвардии из Крыма. 6 сентября поэт на борту парохода «Румянцев» создает удивительное по силе проникновения стихотворение «Русская Голгофа», давшее название, уже в наши дни, многим сочинениям патриотической направленности, вспомним хотя бы одноименный кинофильм или диск песен Жанны Бичевской. 24 октября во дни  окончательного сокрушения белого воинства поэт пишет стихотворение «Мертвые сраму не имут». Название заимствовано из летописных легендарных слов неустрашимого  русского князя Святослава, прославившего на полях брани  честь русского воина:

 Годы страданий, лишений и бед

Славы былой не отнимут.

Помните, братья, великий завет:

«Мертвые сраму не имут!»

 

В ноябре 1920 года поэт на борту парохода «Самара» навсегда покидает свою горячо любимую Родину-Мать.. Прощаясь навсегда с Россией, поэт посвящает  родине трогательные строки:

В глазах раскинулся широко

Простор безбрежного пути,

И шепчем мы с тоской глубокой:

«Отчизна милая. – прости!»

(«Прости»)

 Начинаются годы изгнаний и странствий поэта: 9 лет он проживает в приютившей русских эмигрантов Сербии, где редактирует издававшуюся в Белграде газету «Русский стяг». В сербский период Бехтееву удается издать несколько поэтических сборников: «Песни русской скорби с слез», автобиографический роман в стихах «Два письма» и сборник «Песни сердца». В конце 1929 года поэт переезжает во Францию, в Ниццу, где  служит старостой храма во имя Державной иконы Божией Матери и на свои скромные заработки своими руками украшает иконостасы этого храма, а также русского храма во имя преп. Серафима Саровского. В 1934 году Бехтеев издает сборник «Царский гусляр», а в 1949-1952 гг выходят четыре выпуска его итогового сборника «Святая Русь» Личная жизнь поэта неустроенна. Он проживает вместе со своей родной сестрой Натальей. В эмиграции встречается и находит также некоторых своих близких и родных.

Сведения об этом, впрочем крайне скупы, тем не менее отражены косвенно в поэтическом творчестве поэта. Среди стихов Бехтеева встречаются также и прямые посвящения матери, любимым сестрам, брату..

Пожалуй особняком можно поставить и выделить духовные стихи поэта , посвященные Православию. Сами названия бехтеевских стихотворений говорят за себя: «Христос», «Туринская плащаница», «Грешница», «Великопостное», «Небесная Царица», «Мария Египетская», «Моему святому», «Афон», «Наш храм», «Лампадка» и другие. В стихотворении «Христос» поэтом , как он сам пишет, «почти дословно передано содержание» одного редкого исторического документа, где в донесении императору Тиберию описывается Образ Спасителя, его внешность:

               ХРИСТОС

                                   Донесение проконсула

                                   Иудеи Лентула

                                   Императору Тиберию

………………………………………..

В стране приморской есть Пророк

С судьбой загадочной и тайной,

Румян Он, строен и высок,

И красоты необычайной.

Как золото с Его главы

Волна кудрей до плеч спадает

И прелесть дивной бороды

Невольно зависть возбуждает.

Его глаза – лазурь небес,

Неизъяснима прелесть взгляда,

Он полон истинных чудес

И речь Его для всех услада.

Внимая страждущих мольбам,

Он всех болящих исцеляет

И даже, - о, помысли сам,

Он часто мертвых воскрешает.

Он весь исполнен доброты,

Чист непорочностью, как дева,

Но иногда Его черты

Полны божественного гнева.

Тогда все никнет перед ним,

Он говорит, Он обличает,

Он грозен, Он неотразим,

Он учит, Он повелевает…

Его все любят, но порой

Его величия страшатся,

А люди с совестью худой

Его завидев, сторонятся.

Прекрасен Он, как Мать Его,

Которой нет красою равной,

Поверь, не сыщешь никого

Столь кроткой, девственной и славной.

Он свыкся с детства с нищетой,

Живет Он, Цезарь, без причала.

Он ходит попросту босой

И с головой без покрывала.

Ему все грешники близки,

Он их, прощая, учит строго,

А все Его ученики

Зовут Христом и Сыном Бога.

………………………………..

Ницца. 29 тюля 1949.

 

 

 

 

Очень характерны для поэтов обращения к былинным, легендарным образам и темам, таким как Китеж-град,  птице сфинкс, горю-горынскому и другим. Интересна царская поэтическая галлерея, появященная русским монархам: Петру I, Павлу I, Александру III, поэтический пересказ легенды об Императоре Александре I, посвящение Императору  Николаю I.

С болью и негодованием узнает поэт о взрыве в России национальной святыни Храма Христу Спасителю.

Этому событию, годами позже, посвящает свое проникновенное стихотворение «Поверженный храм»:

 

Народ безмолствовал, когда Его взрывали,

Злодейство видя, робко все молчали,

Никто взывать о жалости не смел

И на защиту встать отважно не хотел.

Все в рабском трепете беспомощно глядели

На нехристей, что радостно галдели,

Как предки их у скорбного Креста

В глазах у всех распятого Христа.

Сердца не дрогнули от зрелища такого,

При осквернении всего для нас святого,

И грелись молча русские Петры,

Безмолвно обступив горящие костры.

Москва постыдное молчание хранила,

Казалось, совесть умерла и сгнила

И ни один из роковых Иуд

Петлей не кончил жалкий самосуд

Ницца.1951.

 

Несмотря на бедственность своего положения, нищету и безденежье, оторванность от любимой Отчизны, поэт твердо верит в  ея грядущее воскресение (Стихотворение «Моя вера» и другие).

В грядущее поэт глядит спокойно и светло, «без сожаленья и боязни»:

 

Я не страшусь мятежных дней

И буйной нечести засилья,

Я вижу в мраке блеск лучей,

Меня несут над бездной крылья.

Пусть льется смрадная река,

Грозя культуре потопленьем,

Я говорю через века

С грядущим новым поколеньем.

Оно полюбит древний быт

Святой страдальческой России

И снова Храмы воскресит

Для православной Литургии.

Вернет святыни алтаря,

Безумье воли обуздает,

И вновь Хозяини – Царя

Самодержавьем увенчает.

Оно отдаст и жизнь и труд

На пользу родины великой,

И страны мира назовут

Его Царя – своим владыкой.

Ницца.1933.

 В этом стихотворении, пожалуй весь Бехтеев, с его непоколебимой верой в светлое будущее России.

И наконец, как поэтическое завещание грядущим поколениям воспринимаются ныне его стихотворение «Детям» :

 

Любите, дети, старину

С ее былинными веками,

С ее столетними Церквами,

К величью ведшую страну…

Любите, дети, старину!

 

Любите древний наш уклад

С величием и славой царской,

С отвагой доблести боярской

И жизнь на наш особый лад –

Под звон мечей и блеск лампад!..

 

Любите, дети, отчий дом

И нежность материнской ласки,

Любите бабушкины сказки

В кругу внучаток вечерком

У печки с яркис огоньком!..

 

Любите кровли бедных хат,

Любите звон наш колокольный,

Характер русский хлебосольный

И тех, кто будучи богат,

Добром делиться с нищим рад!..

 

Любите Русь – святынь оплот,

Мир кроткой кельи монастырской,

Дух мощный рати богатырской,

Нас всех хранящий от невзгод!..

Любите, дети, свой народ!..

Ницца 1949.

 

Поэтическое творчество Бехтеева достойно углубленного изучения, а  имя его -  почитания и поклонения благодарных потомков.

 

(Основным литературным источником для данного сценария послужила книга «Грядущее», изданная в 2002 году в Санкт-Петербурге и любезно предоставленная мне  Сергеем Николаевичем Азбелевым, принимавшим непосредственное участие в подготовке к изданию этого наиболее полного на сегодняшний день поэтического сборника  великого русского православного поэта-патриота С.С. Бехтеева)